Гипнос: греческий бог сна — греческая мифология. скачать в хорошем качестве

Гипнос: греческий бог сна — греческая мифология.

Всем привет! Добро пожаловать во второй выпуск «Мифологического человека». Продолжая тему предыдущего видео, где мы обсуждали Танатоса — греческого бога смерти, — я расскажу о его брате-близнеце Гипносе — боге и олицетворении сна. Гипнос, внешне похожий на Танатоса, описывается как «красивый мужчина» с «крыльями, растущими из плеч». Поскольку Гипнос фактически был близнецом Танатоса, само собой разумеется, что у них были общие родители. Матерью Гипноса была Никта — изначальная богиня ночи, а отцом — Эреб — Протогенос тьмы. Учитывая, что Никта и Эреб в некотором роде олицетворяли «тьму», неудивительно, что Гипнос в итоге стал богом сна. Если вам знакомо имя Гипноса, то, вероятно, вы уже знакомы с термином «гипноз» — состоянием человека, характеризующимся сосредоточенным вниманием, снижением периферического восприятия и повышенной способностью реагировать на внушение. Гипнос жил в пещере рядом с Танатосом в подземном мире, во дворце, куда не проникал ни солнечный, ни лунный свет. Внутри этого дворца Гипнос, как известно, восседал на ложе из слоновой кости — сцена, в которой его часто изображают. Учитывая, что Гипнос был богом сна, неудивительно, что прямо за его пещерой росли маки и другие снотворные растения. Через пещеру протекала река Лета (река забвения), снабжавшая водой растения. В пещере также жила его жена, Паситея — одна из младших Харит, которая также была богиней отдыха и расслабления — подходящая пара. Пасифея была подарена Гипносу Герой — царицей древнегреческих богов и женой Зевса. У Гипноса и Пасифеи было трое сыновей: Морфей, Фобетор и Фантасос, которых вместе называют Онейрами (сновидениями). Следуя традициям своих родителей, каждый из братьев выступал в роли олицетворения снов, но по-своему. Морфей посылал сновидцу человеческие облики всех видов, Фобетор — животных и монстров, а Фантасос — неодушевлённые предметы (имеющие отношение к земле). Вместе их образы создавали полноценные, динамичные сны. У семьи был полный набор: богиня расслабления, бог сна и три олицетворения сновидений. Однако важно отметить, что некоторые греческие писатели называют Онейрами сыновей Никты, а не Пасифеи, что делает Онейрами братьев Гипноса. Хотя Танатоса, близнеца Гипноса, ненавидели за его безжалостный характер, Гипнос пользовался большой популярностью, поскольку обладал способностью погружать людей в сон, позволяя им забыть обо всех мирских заботах. Хотя он упоминается во многих греческих мифах, Гипнос занимает видное место в двух конкретных историях. Первая история связана с Герой, Зевсом, Гипносом и Гераклом. В этой истории Гера уговаривает Гипноса усыпить её мужа Зевса, чтобы она могла причинить вред Гераклу, его сыну. Когда Гипнос усыпил Зевса, Гера смогла наслать на океан яростные ветры, пока Геракл плыл из Трои домой. Однако в этот раз Зевс не спал крепко и быстро распознал проделки Гипноса. Чтобы избежать гнева Зевса, Гипнос сбегает в подземный мир, где прячется у своей матери Никты. Вторая история снова включает в себя Геру, Гипноса и Зевса, но также включает жену Гипноса Пасифею и Посейдона, бога моря. Все начинается с того, что Гера снова просит Гипноса усыпить ее мужа Зевса. Учитывая неудачную стычку Гипноса с Зевсом в первый раз, он сначала отказался, но когда Гера пообещала ему брак с Пасифеей, его прекрасной будущей женой, он согласился. Гера (пытаясь отвлечь Зевса), красиво одетая и с амулетом, который дала ей Афродита, пошла к Зевсу и солгала ему, сказав, что ее родители ссорятся, и что она хочет его одобрения, чтобы пойти и остановить их. Зевс согласился, но он был так очарован ее красотой, что заключил ее в свои объятия; В этот момент Гипнос усыпил Зевса. Пока Зевс спал, Посейдон помог ахейцам в Троянской войне, что Зевс ранее запретил. Зевс так и не узнал о предательстве, окружавшем его. И на этом видео всё! Много ли вы узнали о Гипносе? О каком мифологическом персонаже рассказать в следующий раз? Дайте мне знать в комментариях ниже. До скорой встречи! «Вы не можете знать, как боги боятся боли. Нет ничего более чуждого им, и поэтому нет ничего, чего они жаждут видеть сильнее».