Captivity kills - Полон вбиває - Плен убивает (EN - UA - RU) скачать в хорошем качестве

Captivity kills - Полон вбиває - Плен убивает (EN - UA - RU)

Пам'яті Богдана Усенка Captivity Kills 2022-2025 When I was in my body still, - I gave her lilies, white and gold, We hit the road and traveled far, before the war took hold. Before the horror started. I gave her silver for her wrist, Now she’s clutching a photo in a cold and graying mist. It’s me, a Marine officer, a ghost from better years, As the snow falls on her face and the wind bites at her ears. A cold breeze hits her from behind; it started in the Crimea, Recalling how we left it all: the dread, the hope, the fear. I was among the first to meet the enemy, at the dawn of the war time, Since December '21, I right at the eastern front line. That was the start of "Zero," where the world begins to fall, Like the brothers who broke out of Mariupol’s wall. Then the ambush. Then the cage. The cell became my life. Three years of living nightmares, like a dull and rusted knife. They only recognized my face through a kit of DNA. Don't let it wreck you, brother, seeing me this way. That I came back a broken thing, a body torn and spent, With shattered ribs and mangled limbs, and a soul that’s been unbent. My chest was carved wide open, and my back is scarred and blue, And that’s just half the story of what they put me through. The truth is pretty simple: I didn't die alone, I was murdered by the prison, a thousand miles from home. When I was in my body still, - I gave her lilies, white and gold, We hit the road and traveled far, before the war took hold. Bohdan Usenko was a loyal Marine officer who originally withdrew from Crimea in 2014 to remain faithful to Ukraine, eventually meeting the full-scale invasion on the front lines in February 2022. He stood among the first to defend the nation during the brutal siege of Mariupol, where he was taken into a nightmare that lasted nearly three years. Ultimately, he was tortured and murdered in russian captivity by rashists, returning home only after a DNA test could identify his mutilated remains. ------ Полон вбиває 2022-2025 Коли я був у тілі - я дарував їй лілії, Ми їздили разом у подорожі. До війни моторошної Я дарував їй браслети. Вона тримає в руках портрета, Де я - офіцер-морпіх. Їй на обличчя падає сніг. Їй віє холодний вітер у спину. Вона згадує наш виїзд з Криму, І що зустрів ворога серед перших, З позиції з грудня року 21-го. Це був початок того ж нуля, Як і вихід морпіхів із Маріуполя. І про засідку, і про полон. Три роки наступні - мій страшний сон. Мене розпізнали через ДНК. Хай тебе, друже, це не ляка, Що я повернувсь понівеченим, Поломані ребра, ноги, руки і плечі. Вирізина грудна клітина, Скалічена спина. Цей список не повний. Я був вбитий полоном. Коли я був у тілі - Я дарував їй лілііі. -------- Когда я был в теле — я дарил ей лилии, Мы друг друга любили, мы просто жили До войны этой жуткой, до серой пыли. Я дарил ей браслеты из серебра, А теперь в её пальцах — застыло вчера, На фото в руках — офицер-морпех. Ей в лицо летит ледяной этот снег. Ветер бьёт ей в спину, за ворот течёт, Она помнит Крым и наш первый отсчёт, И как я встретил врага среди первых, С начала и до конца я был Украине верным. Это был тот же «ноль», та же грань излома, Как выход морпехов из ада промзоны. А потом — засада. Потом — этот плен. Три года кошмара. Бетон и тлен. Меня опознали лишь по ДНК. Пусть тебя, мой друг, не страшит строка, Что я вернулся таким изувеченным: Рёбра, ноги и плечи — всё перекалечено. Вскрыта грудная клетка, На спине — от рашистов метка. Плен убивает. Я не дождался с ней встречи. Она все еще носит обручальное колечкое Когда я был в теле - я любил небо и море синее. Я любил ее и дарил ей лилии. Убит пленом Когда я был в теле — я дарил ей лилии, Мы друг друга любили, мы просто жили До войны этой жуткой, до серой пыли. Я дарил ей браслеты из серебра, А теперь в её пальцах — застыло вчера, На фото в руках — офицер-морпех. Ей в лицо летит ледяной этот снег. Ветер бьёт ей в спину, за ворот течёт, Она помнит Крым и наш первый отсчёт, И как я встретил врага среди первых, С начала и до конца я был Украине верным. Это был тот же «ноль», та же грань излома, Как выход морпехов из ада промзоны. А потом — засада. Потом — этот плен. Три года кошмара. Бетон и тлен. Меня опознали лишь по ДНК. Пусть тебя, мой друг, не страшит строка, Что я вернулся таким изувеченным: Рёбра, ноги и плечи — всё перекалечено. Вскрыта грудная клетка, На спине — от рашистов метка. Плен убивает. Я не дождался с ней встречи. Она все еще носит обручальное колечкое Когда я был в теле - я любил небо и море синее. Я любил ее и дарил ей лилии.    • 🛑 Зуби лежать поруч, вирізана ГРУДНА КЛІТИ...   Вірші Кузнєцової Лариси Євгеніївни Poems by Larysa Kuznietsova