"Вот и подумайте, что творится в этих воинских частях и почему это творится?" скачать в хорошем качестве

"Вот и подумайте, что творится в этих воинских частях и почему это творится?"

"Вот и подумайте, что творится в этих воинских частях и почему это творится? А потому что следователи наши все не работают на нас, на людей. И законы наши не работают. Законы работают все против нас" Мать военнослужащего Лаутеншлегера Дениса Александровича, 23.12.1987 г.р., проходившего службу на 201-й военной базе (в/ч 01162 (https://t.me/ne_zhdi_novosti/3825)), уже несколько месяцев пытается добиться правды о судьбе своего сына. После многочисленных обращений (https://t.me/ne_zhdi_novosti/3923) и публичных заявлений женщина добилась проведения онлайн-конференции с первым заместителем председателя СК Корпусовым Константином Евгеньевичем. По итогам встречи статус СОЧ с Дениса был снят, присвоен статус БВП с поручением провести расследование. В ходе расследования подтвердились факты удержания военнослужащих в так называемых ямах (https://t.me/ne_zhdi_novosti/5061), из которых после начала расследования освобождали военнослужащих и направляли их на лечение. Во время разбирательства мать столкнулась с грубым обращением со стороны следователя-криминалиста, игнорированием её вопросов и заявлениями следователя о бесконтрольности процесса со стороны вышестоящих инстанций. "Куда бы вы ни обращались, представьте себе, хоть Президенту, хоть Бастрыкину — без разницы, власть в моих руках. Все это будет спущено все равно ко мне и расследованием буду заниматься я. То есть власть находится в Донецке. Что хотим, то и делаем" Мать военнослужащего также поднимает вопрос о денежном довольствии. Выплаты, которые должны перечисляться ребенку военнослужащего, не производятся уже в течение семи месяцев. Следственные органы и служба судебных приставов не смогли согласовать порядок перечисления средств. По её информации, исполнительный лист отсутствует как в воинской части, так и в профильных ведомствах. Женщина обращается к командованию части с просьбой дать официальный ответ о местонахождении её сына и результатах расследования. “Я хотела бы услышать, что творится в этой воинской части, где наши дети, которых мы должны похоронить. Дайте мне просто похоронить моего ребенка”.