У нас вы можете посмотреть бесплатно Я проработал в полиции 35 лет... Это меня сломило, и я никому об этом не рассказывал. или скачать в максимальном доступном качестве, видео которое было загружено на ютуб. Для загрузки выберите вариант из формы ниже:
Если кнопки скачивания не
загрузились
НАЖМИТЕ ЗДЕСЬ или обновите страницу
Если возникают проблемы со скачиванием видео, пожалуйста напишите в поддержку по адресу внизу
страницы.
Спасибо за использование сервиса ClipSaver.ru
Я был полицейским 35 лет... Это сломило меня, и я никому об этом не рассказывал. 68-летний отставной чикагский полицейский размышляет о своей 35-летней карьере и нелеченном посттравматическом стрессовом расстройстве, которое разрушило его брак и семью. Десятилетиями Майк думал, что справляется с этим — подавляя травму от ужасных вызовов, говоря жене Линде: «Я в порядке», веря, что молчание — это сила. Он думал, что защищает свою семью, не принося работу домой. Но травму нельзя подавить — она просачивается наружу, меняет тебя, опустошает. Линда годами пыталась связаться с ним. Майк отмахивался от нее. Его дети выросли с отцом, который физически присутствовал, но эмоционально отсутствовал. После выхода на пенсию, без структуры работы, травма настигла его — кошмары, панические атаки, флешбэки. Майк так и не обратился за помощью. В 2019 году Линда ушла после 33 лет брака: «Я была замужем за призраком 30 лет. Я больше так не могу». Майк достиг дна — один, пьющий, с суицидальными мыслями. Дочь заставила его обратиться к психотерапевту. Диагноз: тяжелое посттравматическое стрессовое расстройство, не лечившееся 35 лет. Майк понял, что культура «крутых полицейских», которая учила его никогда не показывать слабость, медленно убивала его на протяжении десятилетий. Молчание не защитило его семью — оно гарантировало, что он их потеряет. Это не слабость, это выживание. Не ждите 35 лет, как Майк. Если вы носите травму в себе молча, вы ломаетесь. Однажды всех, кого вы любите, не станет, и вы останетесь наедине с призраками прошлого. Обратитесь за помощью, пока еще есть время.